Дорогие сообщницы и сообщники! Помогите пожалуйста советом!
Где можно рассчитать стоимость доставки посылки из Германии и Россию?
Какой почтой лучше воспользоваться для пересылки из Германии в Россию (в Москву) не маленьких грузов (назвать подобные габариты посылкой язык не поворачивается), а именно:
1) 33,5х96х37 вес 6,8кг
2) 64х54х50 вес 11 кг
При этом в приоритете - стоимость пересылки (ведь вес и габариты не маленькие), а не скорость.
вторник, 26 мая 2009 г.
понедельник, 25 мая 2009 г.
Игры с объемом
Если вы читали мои посты ранее, то помните, что я люблю одежду несброских цветов и необычный крой, форму, силуэт.
Именно поэтому эта фотосессия не могла не привлечь моего внимания. Конечно, это больше реклама, чем искусство, но тем не мение она меня привлекла и заворожила.
В первую очередь игрой с объемом, мимо которой я просто не могла пройти мимо.
Во сторую очередь - это просто красивая журнальная съемка, которая привлекает внимание, заставляет вглядется, чтобы получше рассмотреть вещи.
Фотограф: Alexei Hay
Модель: Nastia Kunskaya
Опубликованно было: Elle dec08
Вещи из сезона осень-зима 2008/09
"Белой акации гроздья душистые..
Зимой, скучая в будто бесконечные, похожие друг на друга пасмурные дни, я решила...
...весной сажать деревья.
Часть холма, на котором расположен наш дачный участок, совершенно "голая" - одни травы. Там ещё ходят коровы, и поэтому, когда идет дождь, холм "ползёт" - появляются новые канавки и углубляются старые.
Дача, купленная всего года полтора назад, была заброшенная, и вся заросла дикими черешнями, акациями, вишнями, орехами и вязами. Так что в саженцах недостатка не было.
В конце марта наконец выбрались на дачу. Я выкапывала по 2-3 деревца, тащила их вместе с лопатой на холм и сажала. Главная проблема была в том, что некоторые акации были порослями, и я долго выкапывала их "цепочку" с толстым корнем.
На холме дул холодный, пронизывающий ветер. Мне даже вспомнился один из рассказов Роберта Шекли - о планете, где всегда ветра. Но мне было жарко...
Так я пересадила - по 16-17 штук за выходные - ровно 60 акаций, 1 яблоню, 1 вишню и две черешни. А папа ещё - пару вязов и орехов. Больше не успели - почки уже распускались, да и к тому же я ухитрилась сломать лопату, и одно воскресенье копала маленькой тупой, пока папа не починил ту.
Потом не было дождей, я таскала воду вёдрами. Так удивительно было это: раньше было просто небо, а теперь в нем колышутся юные деревца:
Потом были дожди, мы не ездили на дачу. 9 мая наконец было солнце, всё подсохло. На даче я побежала смотреть на свои деревья, и очень удивилась, не увидев за гребнем канавы НИЧЕГО!
Несколько штук я нашла в леске неподалёку.
Черешни были почти выдернуты, но ещё живые. Я их закопала назад и полила. Те акации, что были выше на холме, были почти в порядке. Несколько почему-то засохло, парочку тоже вырвали, у вяза сломали ветку. Ну кому они там помешали? Там практически никто не ходит..
Я сначала очень расстроилась, а потом решила: уже случилось, что грустить - не поможет. Я продолжила поливать остальные - примерно 30 деревьев.
И вот результат:
Черешня, которая пострадала, жива!
Вторая - тоже.
Акации цветут!
Даже эти два прутика растут!
Мало кто любит, когда акация "залезает" на огород. Ведь её трудно вывести, и она мешает расти другим деревьям. Крупные акации приходится вырубать. Поэтому я старалась высадить как можно больше маленьких, чтоб и их не пришлось рубить. Теперь они, недалеко от нашего участка, но не на нём, быть может, восполнят те, вырубленные.
Меня ещё никогда так не радовали распускающиеся почки, а особенно душистые гроздья акациевых цветов..
PS: На самом деле это не совсем акация, а Робиния лжеакация, североамериканская гостья.
воскресенье, 24 мая 2009 г.
Пятнадцатый пыльный
Это был год без моего обычного свободного лета. Мне позарез понадобилось заработать самой немножко денег, и я не поехала ни на какие дачи. Кто-то удаленный за материальные пределы шептал мне чуть слышно: "Отдохни еще, потом наработаешься." Но я и слышать никого не хотела - ни с этой, ни с той стороны: я хотела остаться в Петербурге и делать что-нибудь со знаком, обратным безделью и что принесло бы хоть немного денег.
Это сейчас я понимаю, что посылки "хоть не много" и "делать что-нибудь" - ошибочные, и можно было бы распорядиться этим роскошным временем поумнее. Но тогда я была совсем беспечной и недальновидной. Самым правильным выбором мне показалось устроиться во-первых лаборантом к маме в школу, во-вторых садово-огородным работником в Ботанический сад, а в-третьих - дворником - подметать Гатчинскую и Лахтинскую. Удовлетвориться каким-то одним проектом своего трудоустройства уже тогда было не в моем стиле.
С работой лаборанта все оказалось понятно. В мамином ведении был кабинет химии 84 школы, к которому присоединялась лаборантская - маленькая комнатка, где хранились реактивы, химическая посуда и разные штучки для проведения опытов. Нужно было за месяц перебрать все шкафы и снабдить все реактивы новыми ярлыками, потому что старые бумажные местами стерлись , либо отвалились. Я записывала название вещества ручкой на белый пластырь и наклеивала на склянку. В Ботаническом саду тоже не требовалось какой-то особенной сноровки: 4 часа два раза в неделю пропалывать клумбы, подстригать траву и просеивать торф для грядок. Правда, если у мамы я все-таки заработала за месяц 80 рублей, клумбы оплачивались натурпродуктом, а именно цветами, семенами и луковицами. Не могу сказать, чтобы меня это разочаровывало: у нас ни до, ни после того времени не было дома таких букетов. Один я помню очень хорошо: охапка лилий всех оттенков - от белоснежного и желтого до багрово-черного - с хвостиками какой-то черной мяты и серебристой полынью по краю. (А кот наш напробовался этой полыни и вечер метался по стенам как укушенный).
А вот с дворницкой работой я попала конкретно. Вернее не я, а мы, поскольку отец тоже взялся за дело. Правда состояла в том, что дворником к тому времени уже год работал мой брат Леша. Он набрал себе участков штуки четыре, еще пять подъездов и несколько дворов-колодцев - чтобы в сумме получалось хоть сколько-нибудь весомая зарплата. Перед началом лекций в ЛЭТИ он появлялся в своей вотчине, немножко работал метлой, протирал кнопку лифта в одной из парадных и с легким сердцем шел учиться. Все было так благостно, пока Лешу не призвали на сборы. В течение месяца ему предстояло пересчитывать заклепки на корабле Киев в Североморске, а мы с отцом вызвались работать за него, чтобы сохранить выгодное по тем кризисным временам место.
Кто бы знал, что именно на конец этого месяца назначена проверка со стороны пожарной инспекции, и дворницкой работы будет в разы больше, нежели в прежние месяцы. На всей Лахтинской, Гатчинской, а также на улицах Шамшева и Ленина работали одни бабы пожилого возраста. А к приезду пожарных инспекторов нужно было вычистить хлам с чердаков, убрать все лишнее с лестниц, выловить багром пачки макулатуры из залитых подвалов (вдруг загорятся!) и освободить от наслоений горючего мусора закутки в "колодцах". Почти все это легло на папины плечи, поскольку больше сбрасывать старую мебель из чердачных окон было никому не под силу. Я же оказалась лицом к лицу с пятью огромными коммунальными подъездами, которые надлежало все-таки перед проверкой перемыть дочиста, и желательно не один раз. Ну и дворы, и хорошие два куска Лахтинской и Гатчинской, и отрезок между ними по Чкаловскому - это все тоже мне. Тогда я не считала, что любой человек вправе передумать. "Ты сама этого хотела", - сказала я себе, и понеслось.
День для нас начинался в половине седьмого утра, мы ехали к месту в пустом трамвае и дремали под его дребезжание. Начинали с улиц, потому что они на виду. Сначала я пыталась мести своей лысой березовой метлой все подряд, но коллега Галя сказала мне, что я ненормальная. "Ты только окурки собирай на совок, и все. Остальное - перебьются", - сказала она. В дальнейшем я выбила себе метлу получше и брезентовые варежки: от метлы натирались нехилые мозоли. Но самым большим геморроем были лестницы. График был - раз в неделю, значит для меня - по одной лестнице в день. Я начинала снизу и постепенно доходила до самого верха, протирая все ступени. Надо сказать, что в этих старых домах огромные лестничные площадки. Когда-то там было очень красиво: ковка и лепнина сохранились как память о дореволюционных временах. А в начале 90-х там были одни только страшные коммуналки: из-за дверей вечно пахло жареным луком, и летел мат-перемат. Мусор многие просто выносили себе под дверь, либо выбрасывали из окошка. И всякий раз передо мною вставала проблема: где взять воды. На таких загаженных лестницах одно ведро уходило на три-четыре пролета. Даже если я набирала в дворницкой себе про запас два ведра, этого было мало. Приходилось звонить в дверь и жалобно просить "водички", а боязно, черт побери, мало ли кто откроет.
В тот день ведро опустело ровнехонько на шестом этаже одного из моих подъездов. Я походила взад-вперед по площадке, подумала и позвонила в самую приличную новенькую дверь, на которую даже цифры еще не успели наклеить.
- Кто?
- Я дворник, мне бы водички налить.
- Какой нах дворник? Убирайся отсюда.
- Да я дворник! У меня вода кончилась. Да ухожу я, ухожу. - мне послышалось, что за дверью что-то клацнуло.
Я громыхнула в ответ своим жестяным ведром о решетку и собралась уж звонить в другую дверь, но неожиданно мне открыли. На пороге стоял мужик-армянин. На нем был не малиновый пиджак, а белый махровый халат, но даже так было понятно, что это новый, новейший русский. Он сунул руку за спину и что-то пристроил за пояс халата, а потом лучезарно улыбнулся:
- Прости. Я сколько себя помню, тут никто никогда не мыл. Меня зовут Арам.
- Мне правда только воды налить.
- Заходи.
Я переступила порог и остановилась: старая питерская квартира имела такой вид, будто всю ее начинку вынесли на помойку, а внесли шоколадно-бежевый интерьер - вместе с паркетом, оконными рамами, батареями - весь новый, с иголочки. "Так вот как он выглядит, настоящий евроремонт", - подумалось мне. Пока я разглядывала кованный плафон авторской работы, Арам налил полное ведро и поставил в прихожей. Я наклонилась, чтобы поднять, но он подошел вплотную и тронул меня пальцем за подбородок. Я отошла на шаг назад. Он придвинулся на такой же шаг.
- Ты что, правда, дворником тут работаешь? Может я тебе другую работу дам?
Я промолчала. Не знаю, для какой работы я могла бы ему пригодиться. Даже сегодня вижу себя в тот день как наяву: на мне были советские джинсы с красной строчкой, ярко-желтая ветровка (сшитая мамой чуть ли не из парашютного шелка, добытого контрабандой) и синяя кепка с надписью "Речфлот". Волосы негламурно торчали из-под головного убора, нос облупился от постоянной работы под солнцем, а руки я даже боялась показать из-за спины - такое с ними сделалось за последний трудовой месяц. "Ты доигралась, Лена, доигралась со своими дурацкими заработками. Теперь ты будешь работать в гареме или еще где похуже", - пронеслось в моей голове. Арам усмехнулся и отошел.
- Ладно. Я пошутил. Заходи еще.
Я выскочила от него ни жива ни мертва, в 14 лет не так уж много надо, чтобы испугаться.
Лестницу я отмыла, даже не забыла протереть перила и подоконники, как сказано в правилах. Но следующий раз для этой парадной наступил нескоро: я не могла себя заставить туда зайти. Но все-таки через две недели зашла, мельком взглянув на "скорую" у двери. На лестнице толпились люди. На подоконнике сидел милиционер и что-то писал. Двое других ходили по этажам и звонили в двери. Я подумала, что они мне сразу натопчут, и решила начать сверху. Только я успела отмыть пространство у лифта, как знакомая железная дверь щелкнула. Из нее вышли санитары и вынесли в простыне тело с красным пятном там, где угадывалась грудь. По размерам тело принадлежало Араму, о том же говорили и соседи, поднявшиеся поглазеть. Я успела увидеть и пожалеть, что красивейший паркет заляпан кровью.
"Вот тебе и Арам, вот тебе и гарем, вот тебе и евроремонт. Никто ни над кем не имеет настоящей власти. Пистолет в кармане домашнего халата и железная сейфовая дверь ни от чего не спасают, будь ты хоть кто. А все-таки жалко мужика, молодой был." - такие мысли я думала, отмывая последнюю в этом сезоне ступеньку. Это был вообще последний мой рабочий день в то лето, и больше я в своей жизни не заработала ни рубля физическим трудом. Пока, во всяком случае.
Это сейчас я понимаю, что посылки "хоть не много" и "делать что-нибудь" - ошибочные, и можно было бы распорядиться этим роскошным временем поумнее. Но тогда я была совсем беспечной и недальновидной. Самым правильным выбором мне показалось устроиться во-первых лаборантом к маме в школу, во-вторых садово-огородным работником в Ботанический сад, а в-третьих - дворником - подметать Гатчинскую и Лахтинскую. Удовлетвориться каким-то одним проектом своего трудоустройства уже тогда было не в моем стиле.
С работой лаборанта все оказалось понятно. В мамином ведении был кабинет химии 84 школы, к которому присоединялась лаборантская - маленькая комнатка, где хранились реактивы, химическая посуда и разные штучки для проведения опытов. Нужно было за месяц перебрать все шкафы и снабдить все реактивы новыми ярлыками, потому что старые бумажные местами стерлись , либо отвалились. Я записывала название вещества ручкой на белый пластырь и наклеивала на склянку. В Ботаническом саду тоже не требовалось какой-то особенной сноровки: 4 часа два раза в неделю пропалывать клумбы, подстригать траву и просеивать торф для грядок. Правда, если у мамы я все-таки заработала за месяц 80 рублей, клумбы оплачивались натурпродуктом, а именно цветами, семенами и луковицами. Не могу сказать, чтобы меня это разочаровывало: у нас ни до, ни после того времени не было дома таких букетов. Один я помню очень хорошо: охапка лилий всех оттенков - от белоснежного и желтого до багрово-черного - с хвостиками какой-то черной мяты и серебристой полынью по краю. (А кот наш напробовался этой полыни и вечер метался по стенам как укушенный).
А вот с дворницкой работой я попала конкретно. Вернее не я, а мы, поскольку отец тоже взялся за дело. Правда состояла в том, что дворником к тому времени уже год работал мой брат Леша. Он набрал себе участков штуки четыре, еще пять подъездов и несколько дворов-колодцев - чтобы в сумме получалось хоть сколько-нибудь весомая зарплата. Перед началом лекций в ЛЭТИ он появлялся в своей вотчине, немножко работал метлой, протирал кнопку лифта в одной из парадных и с легким сердцем шел учиться. Все было так благостно, пока Лешу не призвали на сборы. В течение месяца ему предстояло пересчитывать заклепки на корабле Киев в Североморске, а мы с отцом вызвались работать за него, чтобы сохранить выгодное по тем кризисным временам место.
Кто бы знал, что именно на конец этого месяца назначена проверка со стороны пожарной инспекции, и дворницкой работы будет в разы больше, нежели в прежние месяцы. На всей Лахтинской, Гатчинской, а также на улицах Шамшева и Ленина работали одни бабы пожилого возраста. А к приезду пожарных инспекторов нужно было вычистить хлам с чердаков, убрать все лишнее с лестниц, выловить багром пачки макулатуры из залитых подвалов (вдруг загорятся!) и освободить от наслоений горючего мусора закутки в "колодцах". Почти все это легло на папины плечи, поскольку больше сбрасывать старую мебель из чердачных окон было никому не под силу. Я же оказалась лицом к лицу с пятью огромными коммунальными подъездами, которые надлежало все-таки перед проверкой перемыть дочиста, и желательно не один раз. Ну и дворы, и хорошие два куска Лахтинской и Гатчинской, и отрезок между ними по Чкаловскому - это все тоже мне. Тогда я не считала, что любой человек вправе передумать. "Ты сама этого хотела", - сказала я себе, и понеслось.
День для нас начинался в половине седьмого утра, мы ехали к месту в пустом трамвае и дремали под его дребезжание. Начинали с улиц, потому что они на виду. Сначала я пыталась мести своей лысой березовой метлой все подряд, но коллега Галя сказала мне, что я ненормальная. "Ты только окурки собирай на совок, и все. Остальное - перебьются", - сказала она. В дальнейшем я выбила себе метлу получше и брезентовые варежки: от метлы натирались нехилые мозоли. Но самым большим геморроем были лестницы. График был - раз в неделю, значит для меня - по одной лестнице в день. Я начинала снизу и постепенно доходила до самого верха, протирая все ступени. Надо сказать, что в этих старых домах огромные лестничные площадки. Когда-то там было очень красиво: ковка и лепнина сохранились как память о дореволюционных временах. А в начале 90-х там были одни только страшные коммуналки: из-за дверей вечно пахло жареным луком, и летел мат-перемат. Мусор многие просто выносили себе под дверь, либо выбрасывали из окошка. И всякий раз передо мною вставала проблема: где взять воды. На таких загаженных лестницах одно ведро уходило на три-четыре пролета. Даже если я набирала в дворницкой себе про запас два ведра, этого было мало. Приходилось звонить в дверь и жалобно просить "водички", а боязно, черт побери, мало ли кто откроет.
В тот день ведро опустело ровнехонько на шестом этаже одного из моих подъездов. Я походила взад-вперед по площадке, подумала и позвонила в самую приличную новенькую дверь, на которую даже цифры еще не успели наклеить.
- Кто?
- Я дворник, мне бы водички налить.
- Какой нах дворник? Убирайся отсюда.
- Да я дворник! У меня вода кончилась. Да ухожу я, ухожу. - мне послышалось, что за дверью что-то клацнуло.
Я громыхнула в ответ своим жестяным ведром о решетку и собралась уж звонить в другую дверь, но неожиданно мне открыли. На пороге стоял мужик-армянин. На нем был не малиновый пиджак, а белый махровый халат, но даже так было понятно, что это новый, новейший русский. Он сунул руку за спину и что-то пристроил за пояс халата, а потом лучезарно улыбнулся:
- Прости. Я сколько себя помню, тут никто никогда не мыл. Меня зовут Арам.
- Мне правда только воды налить.
- Заходи.
Я переступила порог и остановилась: старая питерская квартира имела такой вид, будто всю ее начинку вынесли на помойку, а внесли шоколадно-бежевый интерьер - вместе с паркетом, оконными рамами, батареями - весь новый, с иголочки. "Так вот как он выглядит, настоящий евроремонт", - подумалось мне. Пока я разглядывала кованный плафон авторской работы, Арам налил полное ведро и поставил в прихожей. Я наклонилась, чтобы поднять, но он подошел вплотную и тронул меня пальцем за подбородок. Я отошла на шаг назад. Он придвинулся на такой же шаг.
- Ты что, правда, дворником тут работаешь? Может я тебе другую работу дам?
Я промолчала. Не знаю, для какой работы я могла бы ему пригодиться. Даже сегодня вижу себя в тот день как наяву: на мне были советские джинсы с красной строчкой, ярко-желтая ветровка (сшитая мамой чуть ли не из парашютного шелка, добытого контрабандой) и синяя кепка с надписью "Речфлот". Волосы негламурно торчали из-под головного убора, нос облупился от постоянной работы под солнцем, а руки я даже боялась показать из-за спины - такое с ними сделалось за последний трудовой месяц. "Ты доигралась, Лена, доигралась со своими дурацкими заработками. Теперь ты будешь работать в гареме или еще где похуже", - пронеслось в моей голове. Арам усмехнулся и отошел.
- Ладно. Я пошутил. Заходи еще.
Я выскочила от него ни жива ни мертва, в 14 лет не так уж много надо, чтобы испугаться.
Лестницу я отмыла, даже не забыла протереть перила и подоконники, как сказано в правилах. Но следующий раз для этой парадной наступил нескоро: я не могла себя заставить туда зайти. Но все-таки через две недели зашла, мельком взглянув на "скорую" у двери. На лестнице толпились люди. На подоконнике сидел милиционер и что-то писал. Двое других ходили по этажам и звонили в двери. Я подумала, что они мне сразу натопчут, и решила начать сверху. Только я успела отмыть пространство у лифта, как знакомая железная дверь щелкнула. Из нее вышли санитары и вынесли в простыне тело с красным пятном там, где угадывалась грудь. По размерам тело принадлежало Араму, о том же говорили и соседи, поднявшиеся поглазеть. Я успела увидеть и пожалеть, что красивейший паркет заляпан кровью.
"Вот тебе и Арам, вот тебе и гарем, вот тебе и евроремонт. Никто ни над кем не имеет настоящей власти. Пистолет в кармане домашнего халата и железная сейфовая дверь ни от чего не спасают, будь ты хоть кто. А все-таки жалко мужика, молодой был." - такие мысли я думала, отмывая последнюю в этом сезоне ступеньку. Это был вообще последний мой рабочий день в то лето, и больше я в своей жизни не заработала ни рубля физическим трудом. Пока, во всяком случае.
отпечаток прошлого..
Хочу написать одну историю. Почему-то она "пришла" ко мне именно в эту ночь. Может,потому что я встретила ЕГО???..........
Вернемся в прошлое в 1997 год. На нашем районе есть много разных компаний (как и восех остальных), в принцепе мы все дружные, но есть именно 2 компании,которые никогда не ладили между собой.
Мы всегда ненавидели друг друга, ругались. Было много обид и боли,была война...война,наверное за лидерство на районе.
Так длилось без изменений еще года 4 - разборки, драки,непонятки...мы цеплялись из-за всякой мелочи,был бы повод...
Но потом потом в одно утро все изменилось,я встретила его...Между нами пробежала какая-то искра и непонятно защемило в области сердца. ДА...он был из той компании,которую так ненавидели мы с друзьями. В один момент все изменилось, начались комплименты,цветы признания...все было как в сказке...Мы потеряли головуи,казалось,ничего большего нам не нужно. Мы готовы были все время проводить в обществе друг друга,висели на телефоне каждую минуту и безконечные переписки))) Но рассказать друзьям о том,что мы вместе никто из нас не решался. Поэтому началось вранье, недопонимания и ссоры в компаниях. Долго не смогли держать наши отношения в тайне. Злые языки всегда опередят события...начались сплетни,из-за них частично рушились наши отношения. Когда все стало известно обе компании нам поставили условия: либо ДРУЗЬЯ, либо ЛЮБОВЬ...((
Мы старались не предпренимать никаких решений. Хотели оттянуть эти разговоры, думая и надеясь на изменения в лучшую сторону...но увы,мы были наивны...
Его компания категорически не воспринимал меня,а моя - его...
Было ужасно больно...Мы были в растерянности - выбор между любимым человеком и и друзьями,с которыми ты дружишь всю жизнь - не прост...
Всегда считала, что друзья и в горести,и в радости должны поддерживать...но не в этой ситуации(((
Начались угрозы. Каждый день мне приходило по несколько сообщений, в которых говорилось,если мы не расстанемся,потеряем всё.
Угрозы были и в его сторону.
Мы держались.Счастье длилось не долго.Я понимала,что не могу его потерять,но не могла найти выхода.
Мы провстречались так один год,на большее нас не хватило...Мы были над пропастью...пока в один миг все окончательно не рухннуло. Устали жить в вечном страхе,ежедневных разборках...
каждый вечер, стоило где-то задержаться, идя по темным переулкам звонил телефон и все также настырным и грубым глосом угрожал...
Наконец,мы сделали выбор...выбор в сторону "друзей", которые все таки добились своего и разссорили нас окончательно.
Я знаю точно - это была любовь. Та первая, незабываемая, чистая и искренняя любовь. Не удержала я её,не смогла...
Спустя три года мы снова с ним встретились (случайно)... он был с девушкой...Меня как-будто облили кипятком...Мы холодно бросили друг на друга взгляд и он сказал: "привет".
Мне,кажется,я до сих пор его люблю и не могу забыть те недолгие,счастливые дни,которые мы провели вместе.
Судьба - жестока,а может и справедлива...не все умеют играть в ее игры и переделывать правила в свою пользу.
Самое шокирующее для меня было узнать,что он жениться скоро...наши жизни разошлись в две разные стороны,а ведь могло все быть по-другому...глупыми были...
Тишина,в доме...все спят...уже 2 часа ночи...вдруг приходит смс-ка,до боли знакомый номер: "Ты прости меня за все. Я тебя люблю,наша встреча дала мне понять это."
За окном идет дождь,слезы льются ручьем.Не могу себя успокоить.Ночь плачет вместе со мной,разделив мою боль...Завтра на учебу...буду вести себя так,будто ничего не случилось,а глаза опузли от того,что не выспалась...
Не отказывайтесь от любви, берегите её...
Наша с ним ошибка,исправить которую уже невозможно.....
Вернемся в прошлое в 1997 год. На нашем районе есть много разных компаний (как и восех остальных), в принцепе мы все дружные, но есть именно 2 компании,которые никогда не ладили между собой.
Мы всегда ненавидели друг друга, ругались. Было много обид и боли,была война...война,наверное за лидерство на районе.
Так длилось без изменений еще года 4 - разборки, драки,непонятки...мы цеплялись из-за всякой мелочи,был бы повод...
Но потом потом в одно утро все изменилось,я встретила его...Между нами пробежала какая-то искра и непонятно защемило в области сердца. ДА...он был из той компании,которую так ненавидели мы с друзьями. В один момент все изменилось, начались комплименты,цветы признания...все было как в сказке...Мы потеряли головуи,казалось,ничего большего нам не нужно. Мы готовы были все время проводить в обществе друг друга,висели на телефоне каждую минуту и безконечные переписки))) Но рассказать друзьям о том,что мы вместе никто из нас не решался. Поэтому началось вранье, недопонимания и ссоры в компаниях. Долго не смогли держать наши отношения в тайне. Злые языки всегда опередят события...начались сплетни,из-за них частично рушились наши отношения. Когда все стало известно обе компании нам поставили условия: либо ДРУЗЬЯ, либо ЛЮБОВЬ...((
Мы старались не предпренимать никаких решений. Хотели оттянуть эти разговоры, думая и надеясь на изменения в лучшую сторону...но увы,мы были наивны...
Его компания категорически не воспринимал меня,а моя - его...
Было ужасно больно...Мы были в растерянности - выбор между любимым человеком и и друзьями,с которыми ты дружишь всю жизнь - не прост...
Всегда считала, что друзья и в горести,и в радости должны поддерживать...но не в этой ситуации(((
Начались угрозы. Каждый день мне приходило по несколько сообщений, в которых говорилось,если мы не расстанемся,потеряем всё.
Угрозы были и в его сторону.
Мы держались.Счастье длилось не долго.Я понимала,что не могу его потерять,но не могла найти выхода.
Мы провстречались так один год,на большее нас не хватило...Мы были над пропастью...пока в один миг все окончательно не рухннуло. Устали жить в вечном страхе,ежедневных разборках...
каждый вечер, стоило где-то задержаться, идя по темным переулкам звонил телефон и все также настырным и грубым глосом угрожал...
Наконец,мы сделали выбор...выбор в сторону "друзей", которые все таки добились своего и разссорили нас окончательно.
Я знаю точно - это была любовь. Та первая, незабываемая, чистая и искренняя любовь. Не удержала я её,не смогла...
Спустя три года мы снова с ним встретились (случайно)... он был с девушкой...Меня как-будто облили кипятком...Мы холодно бросили друг на друга взгляд и он сказал: "привет".
Мне,кажется,я до сих пор его люблю и не могу забыть те недолгие,счастливые дни,которые мы провели вместе.
Судьба - жестока,а может и справедлива...не все умеют играть в ее игры и переделывать правила в свою пользу.
Самое шокирующее для меня было узнать,что он жениться скоро...наши жизни разошлись в две разные стороны,а ведь могло все быть по-другому...глупыми были...
Тишина,в доме...все спят...уже 2 часа ночи...вдруг приходит смс-ка,до боли знакомый номер: "Ты прости меня за все. Я тебя люблю,наша встреча дала мне понять это."
За окном идет дождь,слезы льются ручьем.Не могу себя успокоить.Ночь плачет вместе со мной,разделив мою боль...Завтра на учебу...буду вести себя так,будто ничего не случилось,а глаза опузли от того,что не выспалась...
Не отказывайтесь от любви, берегите её...
Наша с ним ошибка,исправить которую уже невозможно.....
суббота, 23 мая 2009 г.
Всё путём
Как же хочется всё послать и натянуть на голову гондон! x)
Мдя, называется - "надо ботать". Только как бы это сделать, когда тут то ливень, то солнце, в волосах цветы и лепестки, и вообще столько улыбок вокруг, со всеми как будто сто лет знакома?! ХАЧУ ОБРАТНО!!!
Мдя, называется - "надо ботать". Только как бы это сделать, когда тут то ливень, то солнце, в волосах цветы и лепестки, и вообще столько улыбок вокруг, со всеми как будто сто лет знакома?! ХАЧУ ОБРАТНО!!!
И душам их дано бродить в цветах,
Баллада о Любви
Когда вода всемирного потопа
Вернулась вновь в границы берегов,
Из пены уходящего потока
На берег тихо выбралась любовь
И растворилась в воздухе до срока,
А срока было сорок сороков.
И чудаки - еще такие есть -
Вдыхают полной грудью эту смесь.
И ни наград не ждут, ни наказанья,
И, думая, что дышат просто так,
Они внезапно попадают в такт
Такого же неровного дыханья...
Я поля влюбленным постелю,
Пусть поют во сне и наяву!
Я дышу - и значит, я люблю!
Я люблю - и, значит, я живу!
И много будет странствий и скитаний,
Страна Любви - великая страна!
И с рыцарей своих для испытаний
Все строже станет спрашивать она.
Потребует разлук и расстояний,
Лишит покоя, отдыха и сна...
Но вспять безумцев не поворотить,
Они уже согласны заплатить.
Любой ценой - и жизнью бы рискнули,
Чтобы не дать порвать, чтоб сохранить
Волшебную невидимую нить,
Которую меж ними протянули...
Свежий ветер избранных пьянил,
С ног сбивал, из мертвых воскрешал,
Потому что, если не любил,
Значит, и не жил, и не дышал!
Но многих захлебнувшихся любовью,
Не докричишься, сколько не зови...
Им счет ведут молва и пустословье,
Но этот счет замешан на крови.
А мы поставим свечи в изголовье
Погибшим от невиданной любви...
И душам их дано бродить в цветах,
Их голосам дано сливаться в такт,
И вечностью дышать в одно дыханье,
И встретиться со вздохом на устах
На хрупких переправах и мостах,
На узких перекрестках мирозданья...
Я поля влюбленным постелю,
Пусть поют во сне и наяву!
Я дышу - и значит, я люблю!
Я люблю - и, значит, я живу!
Владимир Высоцкий
Когда вода всемирного потопа
Вернулась вновь в границы берегов,
Из пены уходящего потока
На берег тихо выбралась любовь
И растворилась в воздухе до срока,
А срока было сорок сороков.
И чудаки - еще такие есть -
Вдыхают полной грудью эту смесь.
И ни наград не ждут, ни наказанья,
И, думая, что дышат просто так,
Они внезапно попадают в такт
Такого же неровного дыханья...
Я поля влюбленным постелю,
Пусть поют во сне и наяву!
Я дышу - и значит, я люблю!
Я люблю - и, значит, я живу!
И много будет странствий и скитаний,
Страна Любви - великая страна!
И с рыцарей своих для испытаний
Все строже станет спрашивать она.
Потребует разлук и расстояний,
Лишит покоя, отдыха и сна...
Но вспять безумцев не поворотить,
Они уже согласны заплатить.
Любой ценой - и жизнью бы рискнули,
Чтобы не дать порвать, чтоб сохранить
Волшебную невидимую нить,
Которую меж ними протянули...
Свежий ветер избранных пьянил,
С ног сбивал, из мертвых воскрешал,
Потому что, если не любил,
Значит, и не жил, и не дышал!
Но многих захлебнувшихся любовью,
Не докричишься, сколько не зови...
Им счет ведут молва и пустословье,
Но этот счет замешан на крови.
А мы поставим свечи в изголовье
Погибшим от невиданной любви...
И душам их дано бродить в цветах,
Их голосам дано сливаться в такт,
И вечностью дышать в одно дыханье,
И встретиться со вздохом на устах
На хрупких переправах и мостах,
На узких перекрестках мирозданья...
Я поля влюбленным постелю,
Пусть поют во сне и наяву!
Я дышу - и значит, я люблю!
Я люблю - и, значит, я живу!
Владимир Высоцкий
Подписаться на:
Сообщения (Atom)